Богиня смерти — Хель

Просмотр 2 веток ответов
  • Автор
    Сообщения
    • #5822
      HristHrist
      Модератор

      Богиня смерти — Хель

      Goddess of death-Hel

      Богиня смерти Хель была дочерью бога зла Локи и великанши Ангрбоды, прорицательницы зла. Она появилась на свет в темной пещере в Ётунхейме вместе с Ёрмунгандом и ужасным волком Фенриром. Эта триада считается воплощением страданий, зла и смерти.

      И вот идет Локи, источник зла!
      Люди и асы до сих пор проклинают его.
      Долго, до скончания веков,
      Будут боги вспоминать
      Его низкое предательство на холме Асгарда.
      В недра Ётунхейма были сброшены
      Фенрир, Змей и страшная Хель!
      Боль, Грех и Смерть — все трое его дети,
      Выращенные и воспитанные им.
      Через них он будет мучить этот мир.
      Дж. Джонс. Вальхалла

      Один, вовремя узнав об ужасном потомстве Локи, решил, как мы уже знаем, стереть их с лица земли. Так, змей был сброшен в мировой океан, где, извиваясь и корчась, рождал сильнейшие бури. Бесстрашный Тюр посадил волка Фенрира на цепь, а Хель, или Хела, богиня смерти, была сброшена в бездну Нифльхейм, где Один наделил ее властью над девятью мирами.
      А великаншу Хель Один низверг в Нифльхейм
      и поставил ее владеть девятью мирами,
      Сделав ее владычицей царства мертвых.
      Мэтью Арнолд. Смерть Бальдра

      Царство Хель в Нифльхейме

      В это царство, расположенное под землей, можно было попасть, только преодолев мучительный путь сквозь холодные и темные земли Крайнего Севера. Ворота в Нифльхейм находились так далеко от человеческого жилья, что даже быстрому Хермоду на Слейпнире, прежде чем достигнуть реки Гьелль, пришлось скакать девять долгих дней и ночей. Эта река являлась границей Нифльхейма, а через нее был переброшен мост, выстланный светящимся золотом. Мост висел на одном волоске и постоянно охранялся мрачной великаншей Модгуд, которая брала плату кровью с душ умерших.

      Хрустальный мост, подвешенный на волосе,
      Переброшен через страшную реку Гьелль.
      Это граница Нифльхейма.
      Охраняет ее страшная дева Модгуд.
      Бесплотная, завернутая в белый покров,
      Она ждет своей кровавой платы.
      Дж. Джонс. Вальхалла

      Обычно души умерших переправлялись через мост верхом или в повозке, которая до этого сжигалась на погребальном костре именно для этой цели. У народов Северной Европы существовала незыблемая традиция обувать умерших в очень прочную обувь, которую называли ботинками Хель, для того чтобы те не испытывали страданий во время трудного и долгого пути. Вскоре после того, как умерший пересекал мост Гьяллар, он достигал Железного леса Ярнвида, где росли только голые или покрытые железными листьями деревья. Проехав через лес, странник оказывался перед воротами в Хель, которые охранял свирепый покрытый кровью пес Гарм, притаившийся в черной пещере Гнипа. Ярость этого чудовища можно было усмирить, только предложив ему пирог Хель. Невредимыми оставались лишь те, кто при жизни помогал нуждающимся.

      Громко лает Гарм
      У входа в пещеру Гнипа.
      Старшая Эдда

      За воротами в кромешной ледяной тьме слышалось бурление огромного котла Хвергельмира, грохот ледяных глыб Эли — вагара и других источников Хель, среди которых были Лейфт, у берегов которой произносились торжественные клятвы, и Слил, река, несущая в своих бурных водах клинки.

      Далее в этом ужасном месте находились палаты богини Хель — Мокрая Морось (Элвиднер), блюдом которой был Голод. Жадность была ее ножом. «Лежебока — слуга, Соня — служанка, Гибель — ее порог, Горе — ее ложе, Пожар — полог ее».

      Мокрая Морось — чертог Хель.
      За железными решетками и толстыми стенами
      Возвышался страшный дворец!
      Голод был на ее столе,
      Ножом ее была Жадность, слуга — Лежебокой.
      Жестокие Страдания были ее праздником,
      А гости были украшены белыми костями.
      Чума и Голод пели руны
      Под музыку Отчаяния.
      Всегда будут править в чертоге Хель
      Нищета и Боль!
      Дж. Джонс. Вальхалла

      У богини было много палат для гостей, которые приходили к ней каждый день, так как принимала она не только лжесвидетелей и преступников, но и тех, которым не досталось смерти в бою. В царство ее также попадали и те, кто умер от старости или от болезни, — такая смерть презрительно называлась «соломенная смерть», так как постели в то время были преимущественно из соломы.
      Закаленные холодом,
      Бурями и трудом,
      Они страшились лишь смерти не на поле боя.
      Томсон

      Представления о загробной жизни

      Несмотря на то что невиновные получали у Хель ласковый приют и пребывали в состоянии мрачного блаженства, неудивительно, что жители Северной Европы съеживались от ужаса при одной только мысли о визите в ее унылое царство. Как мужчины предпочитали смертельно ранить себя копьем, броситься в пропасть или сгореть, так и женщины не страшились всего этого. Они бросались с горы или кидались на меч, который получали, выходя замуж. Они делали это ради того, чтобы быть сожженными рядом со своими возлюбленными, так чтобы их души, покинув тело, присоединились к любимому в светлом пристанище богов.

      Еще более ужасные мучения, однако, ожидали тех, кто прожил нечестную или грешную жизнь: их души изгонялись в Настронд, на Берег Мертвых, где они должны были переходить через ледяные ядовитые потоки, проходить пещеру, свитую из извивающихся шипящих змей. После нестерпимых страданий души умерших попадали в кипящий котел Хвергелмир, где дракон Нидхёгг, на мгновение перестав грызть корень ясеня Иггдрасиля, набрасывался на кости умерших.

      Видела дом,
      далекий от солнца,
      на Береге Мертвых,
      дверью на север;
      падали капли
      яда сквозь дымник,
      из змей живых
      сплетен этот дом.
      Там она видела —
      шли чрез потоки
      поправшие клятвы,
      убийцы подлые
      и те, кто жен
      чужих соблазняет;
      Нидхёгг глодал там
      трупы умерших,
      терзал он мужей.
      Старшая Эдда. Прорицание вёлъвы.
      Перевод А. Корсуна

      Чума и голод

      Сама Хель время от времени покидала свои страшные чертоги и объезжала землю на своем трехногом белом коне, а во времена чумы или голода, если части населения края удавалось выжить, она, по преданиям, брала грабли. Когда же целые деревни и провинции пустели, как было во времена знаменитой эпидемии Черной смерти, говорили, что она побывала здесь с метлой.
      Северные народы верили, что душам умерших иногда позволялось вновь посетить землю и явиться своим родственникам, чье горе или радость преследовали их даже после смерти. Об этом повествуется в старинной датской балладе об Агире и Эльзе, в которой говорится, как умерший просит свою возлюбленную улыбаться, чтобы его могила была усыпана розами вместо спекшейся крови, в которую превратятся ее слезы.

      «Послушай теперь, мой повелитель Агир!
      Мой жених, хочу я знать,
      Как ты там,
      В этом одиноком месте, в своей могиле.
      Каждый раз, когда ты радуешься
      И душа твоя веселится,
      Могила моя усыпана
      Лепестками роз.
      Каждый раз, возлюбленная,
      Что ты скорбишь и роняешь соленые слезы,
      Могила моя
      Наполняется черной ужасной кровью.»
      Г. Лонгфелло

       

      Автор Хелен Гербер

    • #8620
      SeverSever
      Модератор

    • #8621
      SeverSever
      Модератор

Просмотр 2 веток ответов
  • Для ответа в этой теме необходимо авторизоваться.